Контроль за бонусами

Контроль за бонусами

Едва ли не ежедневно в течение последних дней поступают сводки с арены борьбы с бонусами банковских топ-менеджеров. В Украине, правда, пока говорят только о непонятно за какие заслуги начисляемых зарплатах топ-менеджмента НБУ, якобы составляющих более 1 млн. грн. в год, т.е. в несколько раз превышающих зарплату президента Украины. Вместе с тем дискуссия о зарплатах топ-менеджмента отечественных коммерческих банков, получающих рефинансирование, тоже совсем не помешала бы…

Разумеется, бонусы платились из определенных доходов банков. Занявшийся этой проблематикой руководитель британского финансового регулятора FSA лорд Адэр Тернер высказал мнение, что дело даже не в огромных бонусах как таковых — это просто симптом, а не причина. Причина заключается в том, что необходимо разобраться с более фундаментальными вопросами, а именно: почему индустрия финансовых услуг генерирует столь огромные прибыли, а также действительно ли был полезен быстрый рост этой отрасли для всего остального общества? По его мнению, «ошеломляющие» уровни бонусов не свидетельствуют ни об эффективности рынка, ни о выдающихся индивидуальных достижениях его участников, наоборот — о неудаче рынка, обеспечивавшего крупные «ренты» для небольшого количества его участников.

При этом банкиры, теряя прибыли, пребывают в полной уверенности, что они — «невинные жертвы аварии», а политики и регуляторы должны вмешаться, чтобы восстановить привычные им уровни прибыльности.

Также лорд Тернер полагает, что требования к капиталу банков должны быть неодинаковыми в зависимости от того, какими операциями они занимаются: банки, получающие слишком высокую прибыль, должны иметь большую достаточность капитала по сравнению с банками, ведущими менее рискованные и доходные операции. «Чего бы мы не хотели видеть, так это превращения высоких прибылей в высокие бонусы и дивиденды, в то время как они могут быть использованы для скорейшего достижения наших требований к капиталу», — сказал Тернер.

Контраргумент банков — слишком строгие требования к капиталу и ликвидности для банков якобы могут подавить наметившийся экономический подъем. Ответ государства: «А вы не выписывайте себе немыслимые бонусы, тогда, может, и ситуация с вашим капиталом будет лучше!»

Фактически банкиры, закрывшие свои текущие убытки колоссальной государственной помощью, принялись тут же тратить ее на собственные бонусы (некоторые эксперты в западной прессе издевательски называют это «восстановить статус-кво», т.е. докризисный уровень бонусов). Когда с такой аморальной ситуацией начал бороться президент США Барак Обама, некоторые только что получившие бонусы менеджеры, испугавшись, даже их вернули. Однако на следующем этапе, когда ситуация повторяется в Евросоюзе, банкиры уже даже особо не оправдываются, ссылаясь на необходимость высокой оплаты труда квалифицированных управленцев и предотвращения их переманивания. В это можно было бы хоть немного поверить, если бы этими управленцами не были те же люди, при которых банки потеряли ликвидность, и кто-нибудь разъяснил — а в чем же заключалась их высокая квалификация?

«Банкиры «отрываются», как будто на дворе 1999 год, а сейчас 2009-й», — заявил в начале сентября с.г. министр финансов Швеции Андерс Борг. Выплаты бонусов продолжаются, даже несмотря на кризис: по данным Bloomberg, зарплаты и премии главных исполнительных директоров 20 банков, получивших помощь американского правительства, на 37% превышают средний уровень в компаниях из списка S&P 500.

Руководитель подкомитета российской Госдумы по контролю за госкорпорациями Алексей Багаряков с возмущением привел следующую бонусную статистику по итогам 2008 года. Центральный банк Россиии — 66,1 млн. рублей (на 40 человек), получавшие государственную поддержку банки: Сбербанк РФ — 933 млн. рублей (на 14 членов правления), «ВТБ» — 533 млн. рублей (на девять топ-менеджеров), Газпромбанк — более 1 млрд. рублей (на 15 человек), «Банк Москвы» — 874 млн. рублей (на 14 человек), «Банк ВТБ-24» — 527 млн. рублей (на 10 человек). При этом г-н Багаряков утверждает, что никаких оснований для выплаты таких крупных бонусов не было, так как, в частности, прибыль Сбербанка РФ в первом полугодии 2009 года сократилась по сравнению с аналогичным периодом прошлого года в 13 раз, «Банка Москвы» — в 10 раз, а банки ВТБ и ВТБ-24 вообще окончили первое полугодие с многомиллиардными убытками. Тем не менее эти убытки не стали препятствием для выплаты уже по итогам первого полугодия текущего года топ-менеджерам банка ВТБ-24 новых бонусов в размере 298 млн. рублей.

Основная идея, обсуждаемая сейчас в рамках ЕС, — запретить привязку бонусов к результатам краткосрочных периодов деятельности банков, сделав акцент на результаты в долгосрочном периоде. Банки должны устанавливать «адекватный период», в течение которого нельзя исполнить опционы или продать акции, выдаваемые в качестве вознаграждения. Гарантированных бонусов предложено избегать, то есть даже через несколько лет, когда соответствующая часть бонуса должна быть выплачена, она подлежит отмене, если финансовое состояние банка на тот момент негативное. Кроме того, активно обсуждается идея установить правило, в соответствии с которым, если бонусная практика банка является рискованной, то требования к его капиталу и резервам также должны быть более жесткими.

На последнем саммите «большой двадцатки» (G20) в Питтсбурге дошло до того, что президент Франции Николя Саркози вообще заявил, что покинет его в случае непринятия решения об ограничении бонусов. Саммит в этом вопросе, по сути, свелся к борьбе франко-немецкой «антибонусной» линии и англо-американской «пробонусной». В итоге наиболее жесткие — французские — предложения не прошли, но некоторых договоренностей все же достигли. Ограничения бонусов и дивидендов будут устанавливаться регуляторами на национальном уровне в зависимости как от доходов банков, так и от их долгосрочного финансового состояния. При этом не менее 60% бонусов (для топ-менеджеров) и 40% (для прочих старших служащих) могут быть выплачены не ранее чем через три года после того периода, за который они начислены.